За последние два дня пользователи сети по всему Китаю снимали на видео во*нную технику, движущуюся по автомагистралям провинции Хэнань. Некоторые пользователи утверждают, что «танки, ракеты, самолеты и тяжелая артиллерия» уже были доставлены в Чжэнчжоу, провинция Хэнань.

Другие говорят, что видели танки и самолеты, перевозимые в Ханчжоу, провинция Чжэцзян. Чжэнчжоу находится примерно в 650–670 километрах (404–416 милях) по прямой от Пекина.

В самом Пекине тоже неспокойно: на улицы, на мороз, выгнали толпы чудо-богатырей, которые стоят вдоль улиц, как верстовые столбы и контролируют любое движение по городу.  В остальных далеких от столицы во*нных частях и соединениях отменили все отпуска и товарищи офицеры сидят на измене, ожидая того или иного приказа сверху. В народе шепчутся о государственном перевороте.

Китай – мало того, что закрытая страна, так происходящее там мало кого в мире интересует, а между  тем система власти в КНР – это ключ к пониманию происходящего. Поэтому наша возлюбленная Jennifer Zeng  накатала целую монографию про все это, объясняя людям на Западе что там сейчас в Китае и почему. Пересказываем ситуацию в двух словах.

После того, как в середине 1970-х товарищ Мао всех нас покинул, власть в КНР оказалась в руках местного как бы Полибюро, которое китайцы называют «красными семьями». Главами этих семей были самые первые пламенные революционеры, верные ленинцы и соратники товарища Мао. 

Китайские товарищи имели наглядный опыт аналогичной ситуации, когда в 1953-м склеил ласты товарищ Иосиф и начались расстрелы видных деятелей ВКП(бе), поэтому они решили пойти другим путем и просто подели страну, точнее – ее сектора экономики. Кто-то возглавил армию, кто-то возглавил ВПК, кто-то возглавил телевизор и энергетику. Ну а поскольку дело было уже в конце 1970-х, когда в Китай пошел как бы сменой курса и встал на капиталистические рельсы, то ребята из Политбюро записали всю приватизированную народную собственность на себя. Формально там что-то или принадлежит или каким-то «компаниям», или государству, но реально кусок экономики принадлежит той или иной «красной семье». Их всего где-то 10-12 и Дженифер всех старательно перечисляет.

Долгие годы между «красными семьями» был консенсус: они не разевали рты на как бы чужое, то есть другой экономический сектор не допуская межклановых во*н и раз в определенное время садили на трон того или иного вождя. И так было, пока не появился товарищ Си, решивший сменить правила игры.

Естественно, зачищать головы главам кланов для него было чистым самоубийством, поэтому он играл на внутренних противоречиях «красных семей», то удаляя кого-то от трона, то приближая и осыпая ласками. А все чистки родной коммунистической партии ограничивались расстрелами «цыплят» – видных министров и генералов  в больших погонах, которые формально хотя и занимали высшие государственные должности в реальной партийной табели о рангах были никто и звали их никак.

 Так тоже продолжалось какое-то время. «Красные семьи» тихо ворчали, но открыто не возмущались, поскольку товарищ Си организовал для кланов как бы качели: сегодня усиливается один, завтра другой, послезавтра третий, а четвертый ждет своей очереди. И так было до тех пор, пока товарищ Си не почувствовал себя нехорошо и не задумался о преемнике, которым  решил сделать своего внебрачного сына. И это стало последней каплей, переполнившей чашу терпения потомков первых революционеров и верных ленинцев. 

Бунт возглавили прославленные генералы Чжан Юся и Лю Чжэньли, которые  были арестованы после неудачной попытки арестовать Си Цзиньпина. С сообщается о перестрелке в отеле «Цзинси» в западном Пекине. Больше никакой информации нет и весь Китай замер в ожидании того, чью сторону примут те или иные красные кланы. Если они смогут договориться и объединиться – мы скоро увидим, как товарища Си несут в мавзолей с  великими почестями.  Если товарищ Си сможет кого-то перетянуть на свою сторону – то он станет родоначальником новой династии китайских императоров. 

Последние обновления по ситуации там следующие:

I. Основная оценка инцидента с Чжан Юся.

Инцидент не был обычным организационным разбирательством или дисциплинарным расследованием.

Операция по задержанию Чжан Юся проводилась в районе Пекина, а не где-либо ещё.

Процесс не был мирным; действительно имели место существенные вооруженные столкновения.
Си Цзиньпин заранее покинул отель «Цзинси», и его нынешнее местонахождение остаётся неизвестным.

Сам Чжан Юся не находился на месте конфликта в отеле «Цзинси».

Это была высокорискованная внутренняя принудительная операция, а не обычная процедура, как утверждают. Чжан Юся также не был арестован во время совещания или в здании Центральной военной комиссии, как некоторые утверждают.

II. Во*нная обстановка крайне напряженная; Си Цзиньпин предотвращает внутренний мятеж

Повторяющиеся ключевые слова: Си Цзиньпин предотвращает мятеж. В районе Пекина в связи с этим делом уже задержано более 5000 человек.

Чжан Юся имеет обширные связи в армии и обладает системным влиянием.

Си Цзиньпин опасается спровоцировать глобальный во*нный мятеж и ввел строгие ограничения на передвижение и поездки должностных лиц и персонала командования театра во*нных действий, проживающих в семейных резиденциях во*нных.

Усилена бдительность в отношении координации действий между кадрами среднего и высшего звена, связанных с этим инцидентом.

В некоторых командованиях театра во*нных действий временно введен централизованный контроль над средствами связи старших офицеров.

III. Си Цзиньпин и армия долгое время испытывали недостаток взаимного доверия

Одна из оценок: Си Цзиньпин так и не смог по-настоящему установить контроль над армией.

Его авторитет в основном опирается на чистки и страх, а не на престиж.

Признание личных способностей и легитимности Си Цзиньпина в армии ограничено.

В частных беседах обсуждается вопрос об отсутствии у Си Цзиньпина во*нного опыта и во*нной компетентности.

Годы ​​непрерывных чисток Си Цзиньпина, напротив, усилили у генералитета чувство незащищенности.

Нынешняя ситуация представляет собой взрыв крайнего взаимного недоверия, за которым следует насильственный контроль.

Это уже напоминает характеристики, наблюдаемые на поздних стадиях правления исторических экстремистских личностей.

IV. Вопрос о наследственной преемственности — истинная причина конфликта

Некоторые высокопоставленные представители Коммунистической партии Китая и во*нного руководства осведомлены о плане Си Цзиньпина по наследственной преемственности власти.

У Си есть (незаконнорожденный) сын, который в настоящее время обучается и совершенствуется в Нинся.
Это намерение встречает огромное сопротивление внутри во*нной системы.

Чжан Юся считается одним из наиболее значительных препятствий на пути реализации этого плана Си Цзиньпином.

Те, кто в курсе, считают, что суть нынешнего конфликта заключается не в межфракционной борьбе.

Вопрос в том, следует ли разрешить наследственную преемственность власти.

V. В настоящее время, помимо Си Цзиньпина, Чжан Шэнминь — самый опасный

В настоящее время Чжан Шэнминь — единственный, кто остался в Центральной во*нной комиссии наряду с Си Цзиньпином.

Си Цзиньпин может упразднить систему Центральной во*нной комиссии.

Чжан Шэнминь крайне непопулярен, и никто по-настоящему не признает его авторитет.

Чжан Шэнминь долгое время служил в политической и дисциплинарной системах вооруженных сил Коммунистической партии Китая и является ключевой фигурой Си Цзиньпина, отвечающей за политическую безопасность, дисциплинарный контроль и систему инспекций в армии.

Чжан Шэнминь происходит из системы во*нной политической работы и дисциплинарной инспекции и не является командиром передовой боевой службы.

В начале своей карьеры он долгое время работал в Главном политическом управлении Народно-освободительной армии Китая. Его карьера тесно связана с во*нной организацией, кадровой и инспекционной работой.

После 19-го съезда Коммунистической партии Китая в 2017 году он стал членом Центральной во*нной комиссии и секретарем Дисциплинарной инспекционной комиссии Центральной военной комиссии, став одним из непосредственных операторов механизмов борьбы с коррупцией и внутренних чисток в армии.

В период всестороннего усиления Си Цзиньпином личного контроля над армией роль Чжан Шэнминя была крайне важна:

Он отвечает за контроль за тем, сохраняет ли армия лояльность верховному лидеру;

Падение, расследование и маргинализация большого числа высокопоставленных генералов почти всегда происходили через систему дисциплинарных проверок во*нных комиссий.

С институциональной точки зрения, Чжан Шэнминь больше похож на шпиона, внедренного Си Цзиньпином в армию.

В отличие от Чжан Юся, Хэ Вэйдуна и других генералов традиционной полевой армии, Чжан Шэнминь не представляет ни одну из родов войск или боевых групп. Вместо этого он подчиняется непосредственно высшему руководству.

Это лишает его мобилизующей силы внутри армии, но в то же время наделяет его мощным институциональным сдерживающим фактором.

VI. Отсутствие возможности во*ны в Тайваньском проливе в краткосрочной перспективе

Что касается широко распространенных в интернете утверждений о возникновении разногласий по вопросу Тайваньского пролива, информированные источники категорически это опровергают.

По их оценке, вопрос Тайваньского пролива используется как инструмент для отвлечения внимания.

В нынешней ситуации крайней военной напряженности и отсутствия взаимного доверия начало во*ны против Тайваня в реальности не представляется возможным. Главная цель Си Цзиньпина в настоящее время — «стабилизация внутренней ситуации», а не принятие внешних рисков.

VII. Консенсус по личному положению Си Цзиньпина

У Си Цзиньпина отсутствует надежный механизм выхода.

Чем больше концентрация власти, тем выше личный риск.

Во*нные и некоторые партийные старейшины занимают резко конфронтационную позицию как по отношению к ситуации, так и к самому Си.

Если Си Цзиньпину удастся подавить бунт и переломить  ситуацию, его режим станет еще более диктаторским и централизованным.